Истории

За что японцы осудили единственного соотечественника на «Титанике»

Выжить в знаменитой морской катастрофе и стать изгоем на родине — «Рамблер» вспомнил удивительную историю Масабуми Хосоно.

Фото: Кадр из фильма «Титаник»Кадр из фильма «Титаник»

Масабуми Хосоно родился в деревне Хокура и был четвертым сыном зажиточного фермера. В 1896 году он окончил Токийскую высшую коммерческую школу и стал сотрудником компании Mitsubishi, но уже через год перешел в Министерство связи в качестве клерка грузового терминала Сиодомэ. В 1906 году он освоил русский язык в Токийской языковой школе, а через два года был назначен директором железной дороги. В 1910 году он по служебной надобности выехал в Россию, чтобы изучить работу Транссибирской магистрали и вообще ознакомиться с функционированием железнодорожной системы в Российской империи.

Выполнив поручение, домой он решил вернуться через Европу и США. В Саутгемптоне он купил билет на «Титаник» во втором классе. Хотя его статус правительственного чиновника позволял ему воспользоваться и первым классом, он не стал раздражать других пассажиров первого класса, которые были не слишком благосклонны к людям неевропейской внешности.

В ночь крушения «Титаника» его разбудил стюард, однако Хосоно не разрешили воспользоваться шлюпками для второго класса, так как сначала сочли его пассажиром третьего. Когда же в ситуации разобрались, мест в шлюпках уже не осталось. Тогда японец прошел на палубу третьего класса, где из-за наплыва желающих и минимального числа лодок, было принято решение в первую очередь сажать женщин и детей. Позже он вспоминал, что был в глубоком отчаянии из-за того, что больше не увидит любимую жену и детей. По его словам, он пытался психологически подготовиться к неизбежному концу, но все равно искал любой шанс выжить. Вокруг царил ужас — люди кричали, повсюду вспыхивали аварийные сигнальные ракеты.

В конце концов он увидел, как неизвестный итальянец в последний момент прыгнул вниз и вплавь добрался до шлюпки номер 10. Тогда Масабуми Хосоно последовал его примеру, он смог благополучно доплыть до лодки и самостоятельно забраться в нее. Позже японец вспоминал, что «ответственные люди были заняты и не обращали особого внимания на то, что происходит. Кроме того, было темно, и поэтому они не различали мужчин и женщин».

Шлюпка находилась в 61 метре от тонущего корабля, поэтому Масабуми Хосоно позже описывал ужасающие вопли умирающих в воде людей и крики тех, кто еще оставался на борту «Титаника». В самой шлюпке рыдали женщины и дети, оплакивающие гибель своих родных.

Примерно в восемь часов утра выживших пассажиров подобрал пароход «Карпатия». Хосоно в числе других был размещен в курительном салоне и уже там стал мишенью для едких шуток моряков в свой адрес, но японец упорно не реагировал на насмешки. Все время до прибытия в Нью-Йорк Масабуми Хосоно писал письмо жене обо всем, что пережил на фирменных бланках «Титаника». Сейчас его письмо является чуть не единственным существующим документом, написанным на бумаге с «Титаника».

Масабуми Хосоно обратился в филиал японской фирмы Mitsui в Нью-Йорке и попросил их помощи в доставке на родину, так как во время крушения потерял все ценности. Американские репортеры называли его счастливчиком, однако японская пресса встретила единственного соотечественника, бывшего на борту «Титаника» иначе. Хосоно прибыл в Токио на пароходе из Сан-Франциско и дал несколько интервью журналистам.

Впрочем, первое обвинение пришло из-за моря. Руководивший десятой шлюпкой Эдвард Були в ходе расследования заявил, что японец переоделся в женское платье, чтобы проникнуть на лодку. Хотя обвинение не подтвердилось, это бросило тень на его имя. А вот похожим образом на шлюпку номер 13 проник молодой Дэниэл Бакли — одна из дам в лодке его пожалела и набросила шаль на голову, чтобы его в темноте приняли за женщину. Потом появились версии, что Хосоно буквально отталкивал других пассажиров, чтобы сесть в шлюпку, хотя никто из выживших этого не подтвердил.

В конце концов японское общество осудило его за то, что он выжил, а не принял смерть достойно, как положено самураю. Его открыто назвали трусом, он потерял работу и подвергся остракизму за то, что своим поведением опорочил честь японской нации. Но ведь Масабуми Хосоно не был самураем по рождению, не принадлежал к элите общества, а крестьянину думать о собственном спасении было не зазорно. Тем более, что принцип «сначала женщины и дети» был чужд японской морали.

Дело в том, что в период Реставрации Мэйдзи самурайский кодекс чести стал активно насаждаться в обществе. Хотя истинным самураям в это время пришлось нелегко — они не приняли многих нововведений. Очень скоро между понятиями «японец» и «самурай» начали ставить знак равенства. И в свете принципов японских рыцарей Масабуми должен был достойно принять смерть.

Впрочем, вскоре он был восстановлен в своей должности — министерство дорожило ценным сотрудником. Хосоно работал там вплоть до самой смерти в 1939 году. Его дети утверждали, что несправедливое общественное осуждение во многом сократило ему жизнь. Позже сыновья собирали воспоминания других выживших пассажиров и старались обелить имя отца.

Надо отметить, что порицанию подверглись и другие выжившие мужчины на «Титанике», например, Джозеф Брюс Исмей — председатель и управляющий директор компании White Star Line, которая и была владельцем затонувшего лайнера.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Top.Mail.Ru